О новом Уголовно-процессуальном кодексе говорили давно. Еще задолго до нарастания вала преступности, задолго до начала судебной реформы в России. Ведь сегодня правоохранительная и судебная система страны работают по нормам и правилам, узаконенным еще аж в 1960 году. Уголовный кодекс был обновлен пять лет назад. Так что новый УПК возник не на голом месте. Говоря языком несколько наукообразным, сложились общеполитические и экономические предпосылки, которые потребовали привести уголовно-процессуальное законодательство России в соответствие с международными правилами и стандартами. Документ получился большой и не вполне внятный. Это отмечают и теоретики, и практики. Тем не менее с первого июля он начинает работать. О задачах нового уголовно-процессуального законодательства, правах и обязанностях участников уголовного судопроизводства, о проблемах, требующих разрешения, с заместителем начальника ГУВД СК – начальником главного следственного управления ГУВД полковником Алексеем Лубянко беседует наш корреспондент.

– Алексей Васильевич, фактически принятие нового, вместо ныне действующего, уголовно-процессуального законодательства обусловлено необходимостью его соответствия Конституции страны и переориентации задач досудебной стадии производства на практические рельсы правосудия. Получается, что переориентироваться предстоит всем – и суду, и прокуратуре, и милиции, и простым гражданам.

Но, согласитесь, при всеобщем нашем низком уровне правового сознания задача выглядит более гипотетической, чем реальной. Тем более что сроки были даны самые минимальные.

– Сроки, конечно, малы. Но и тянуть далее уже некуда. В основном Уголовно-процессуальный кодекс вступает в действие с 1 июля, за исключением отдельных положений, для которых установлены иные сроки и порядок введения в действие.

К таким положениям отнесены передача судам полномочий по применению ряда мер процессуального принуждения и затрагивающих права граждан. Это производство осмотра жилища лица, не находящегося под стражей, помещение в медицинский или психиатрический стационар для проведения судебно-медицинской или психиатрической экспертизы и другие. Они вводятся в действие с 1 января 2004 года, а до этого момента производство данных действий осуществляется на основании решения прокурора.

Вместе с тем необходимо отметить, что в соответствии с постановлением Конституционного суда РФ от 14 марта нынешнего года, с 1 июля устанавливается судебный порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. То есть мы должны начать работать в принципиально ином правовом пространстве.

– Вы и ваши службы готовы к такой работе?

– Да, готовы. Хотя все сложности, с которыми мы столкнемся, представляем весьма отчетливо. Чтобы избежать этого, во всех следственных подразделениях городских и районных отделов милиции мы провели учебные занятия, семинары, обсудили и теоретические проблемы, и практические аспекты работы в новых условиях. Обучали и начальников ОВД. В принципе, не хотел бы углубляться в наши профессиональные проблемы – мы их все равно решим. Хотя, еще раз подчеркну, суть важнее.

– А в чем она, на ваш взгляд?

– Новое уголовно-процессуальное законодательство ставит своей целью, чтобы каждый виновный был привлечен к ответственности и ни один невиновный не был привлечен к ней, и является непосредственной задачей нового уголовного процесса.

Важнейший принцип нового Уголовно-процессуального кодекса – соблюдение законности. Что предполагает точное и неуклонное исполнение или соблюдение каждой его нормы (правила, требования, предписания) и распространяется на следователя, дознавателя, прокурора, секретаря судебного заседания, присяжного заседателя – в той мере, в какой они должны исполнять и соблюдать нормы уголовно-процессуального права.

– Алексей Васильевич, в реальной жизни своих прав не знает большинство россиян. Не дай господь, конечно, никому с ними познакомиться на практике в рамках уголовно-процессуального производства. Но известно, что от сумы и от тюрьмы не зарекаются. Что будем делать?

– Дознаватель, следователь, прокурор, суд должны разъяснить участникам процесса (потерпевшему, свидетелю, законному представителю, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, подозреваемому, обвиняемому, специалисту, эксперту и т.д.) их права, обязанности, ответственность и обеспечить возможность осуществления этих прав. Непринятие мер по реализации прав участников процесса является нарушением уголовно-процессуального закона. Так, закон устанавливает обязанность дознавателя, следователя, прокурора и суда предупреждать лиц, обладающих свидетельским иммунитетом (право лица не давать показаний против себя и своих близких родственников), в случае их согласия дать показания о том, что они могут быть использованы в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу.

– То есть теперь, как в Америке, нам будут говорить: вы имеете право хранить молчание...

– Я думаю, что у нас не будет, как в Америке. А должно быть, как в России, причем России цивилизованной. Для этого и будут применяться уголовно-процессуальные меры защиты участников процесса, если им угрожают противоправными деяниями. Впервые законодательно закреплена возможность исключения из протокола следственного действия данных о личности защищаемого участника уголовного судопроизводства. Станет возможным предъявление лица для опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым. Суд сможет допрашивать свидетеля без оглашения подлинных данных о его личности и в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства.

– Алексей Васильевич, я правильно понимаю, что речь идет о методах, которые, скажем прямо, были не только лишними, но и опасными. Например, когда в судебном заседании зачитывались показания потерпевшего или свидетеля со всеми данными, вплоть до номера квартиры, или на опознании подозреваемый угрожал тому, кто его опознавал. Не секрет, что наши суды зачастую не могли "заполучить" свидетелей, которые напрямую говорили о том, что боятся мести...

– Речь именно об этом. Например, при опознании теперь подозреваемые могут находиться за стеклом, прозрачным только с одной стороны. Более того, в ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов. Впервые предусматривается право граждан на реабилитацию. Право на возмещение вреда имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

– Не могу не задать вопрос о том, а кто будет гарантировать все эти, без сомнения, хорошие и верные постулаты?

– Государство. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме, независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

При этом каждому участнику процесса, независимо от процессуального статуса, в соответствии со ст. 48 Конституции РФ, гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи.

Право на защиту подозреваемого и обвиняемого обеспечивает именно УПК. Установлены специальные правила разъяснения процессуальных прав и выполнения этого требования закона. Они достаточно жестки. Подозреваемый должен быть допрошен не позднее 24 часов с момента вынесения постановления о возбуждении уголовного дела, за исключением случаев, когда место нахождения его не установлено.

Подозреваемый вправе получить копию документа, на основании которого он признан подозреваемым, получить свидание наедине и конфиденциально с защитником еще до первого допроса.

– Законом предусмотрено право, а не обязанность подозреваемого, обвиняемого иметь защитника. Как будет разрешаться эта коллизия?

– В случаях, когда участие защитника является обязательным, оно должно быть обеспечено, даже если подозреваемый или обвиняемый отказывается от защитника. Это касается тех подозреваемых, кто является несовершеннолетним; в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту; не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу; совершил преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь и т.п. В данном случае отказ от защитника не имеет юридической силы.

Впервые законодатель предоставил право вызываемому на допрос свидетелю явиться к следователю с адвокатом.

– А не случится ли так, что все эти многочисленные права станут тормозом в проведении следствия?

– Думаю, что нет. Ведь наряду с правом каждого гражданина на защиту, на участников процесса уголовно-процессуальным законодательством возлагаются определенные обязанности и применяются процессуальные меры принуждения.

Дознаватель, следователь прокурор или суд в целях обеспечения порядка уголовного судопроизводства, надлежащего исполнения приговора вправе применить к подозреваемому или обвиняемому меры процессуального принуждения (обязательство о явке, привод, временное отстранение от должности, наложение ареста на имущество). К потерпевшему, свидетелю и другим участникам уголовного судопроизводства – обязательство о явке, привод, денежное взыскание. Так, к лицам, которым несовершеннолетний подозреваемый, обвиняемый был отдан под присмотр, в случае невыполнения ими принятого обязательства судом может быть наложено денежное взыскание в размере до ста минимальных размеров оплаты труда.

В случае неисполнения потерпевшим, свидетелем и другими участниками уголовного судопроизводства процессуальных обязанностей, а также нарушения ими порядка в судебном заседании на них может быть наложено денежное взыскание в размере до двадцати пяти минимальных размеров оплаты труда.

– Введение в действие нового уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации требует разрешения ряда возникающих с этим проблем. О переобучении сотрудников всех правоохранительных органов, материальным и финансовым обеспечением их деятельности, а также практической реализацией отдельных правовых норм вы уже говорили.

Но очевидно, что существенно изменяется процедура расследования уголовных дел и порядок производства отдельных следственных действий. Например, определено обязательное правило дачи прокурором согласия на возбуждение уголовного дела. Следователь же в соответствии с требованиями УПК РФ не имеет права производить следственных действий до возбуждения уголовного дела, за исключением осмотра места происшествия, освидетельствования, назначения судебной экспертизы. В ином случае будет констатировано грубейшее нарушение с его стороны закона.

– Да, возникает вопрос, как действовать следователю, если на месте преступления задержаны подозреваемые. Если он будет делать осмотр места происшествия, согласовывать вопрос с прокурором о возбуждении уголовного дела (а место совершения преступления значительно удалено), истекут три часа, отведенные на избрание меры пресечения в отношении подозреваемого. Я не беру во внимание то, что это может быть вне рамок рабочего времени, а параллельно нужно решать вопросы о допросе потерпевших, свидетелей, проведении очных ставок, назначении и производстве различного вида экспертиз и т.д.

При задержании лица по подозрению в совершении преступления срок исчисляется с момента фактического его задержания. В течение трех часов в отношении задержанного следователем должно быть принято решение.

Но убежден, что общий язык будет найден. Мы понимаем, что лишь четкая, слаженная работа правоохранительных органов и позволит обеспечить исполнение требований норм нового уголовно-процессуального законодательства по обеспечению законных прав и интересов граждан.

Валентина ЛЕЗВИНА

Зачем нам нужен новый УПК / Газета «Ставропольская правда» / 2 июля 2002 г.