Слухи об этих чрезвычайных происшествиях, случившихся в минувшие выходные в части, правопреемнице 101-й бригады внутренних войск МВД РФ, ходили разноречивые. Одни утверждали, что в "учебке" во время выходных произошло два "самострела" со смертельным исходом (один из них якобы в карауле). Другие говорили, что одно ЧП является самоубийством, а второе, дескать, явилось результатом неуставных взаимоотношений.

Сразу же с большой степенью достоверности уточнить факты, как это было в те времена, когда замом комбрига 101-й по работе с личным составом был полковник Сергей Бегинин, не удалось: "правопреемник" Бегинина майор Александр Мукосей ссылался на статьи каких-то внутренних распоряжений о правилах общения с прессой и дать информацию без согласования с командиром части и комбригом генералом Зубаревым (о котором не раз в самом положительном плане писала наша газета) отказался.

Некоторую ясность удалось получить в военной прокуратуре Ставропольского гарнизона. Итак, в минувшие выходные выбросился из окна многоэтажного здания солдат-"срочник" Н. Предварительное расследование показало, что парень решил свести счеты с жизнью на почве неразделенной любви (письма и открытки из дому будут приобщены к делу).

Подчеркнем, это результаты предварительного расследования, не претендующие на истину в последней инстанции. То же самое можно сказать о рядовом В. Разряжая автомат, солдат (случайно или нарочно) произвел выстрел в область стопы. "Жить и даже танцевать будет", – уверили нас в военной прокуратуре.

Без ответа остается пока только один вопрос: был ли этот выстрел случайным (что маловероятно – накануне возвращения со стрельбища оружие проверяется дважды и столько же раз производится "контрольный" спуск), либо боец специально припрятал патрон и с его помощью осмелился на членовредительство, являющееся воинским преступлением?

Поспешных выводов делать не будем. Подождем результатов расследования.

Алексей ЛАЗАРЕВ

Два ЧП в одной части / Газета «Ставропольская правда» / 27 февраля 2002 г.